Казаблан (Израиль, 1974) Режиссёр М. Голан

Длительность 122 минуты

Один из самых масштабных кинопроектов Израиля 1970-х, призванный доказать что не только за океаном могут снимать еврейские мюзиклы. Экранизация очень популярного музыкального спектакля по пьесе Игаля Мосензона, шедшего на сцене с 1968 года и выдержавшего более 600 представлений. Центральная фигура – Йосеф Симан-Тов (смысловая фамилия, означающая в переводе с иврита – добрый знак), по прозвищу Казаблан – намёк на Касабланку – родину его предков. Это молодой марокканский еврей, который после службы в армии не нашёл себя, наделал много глупостей и оказался главарем банды в пригороде Тель-Авива Яффо. Главный женский образ – Рахель, дочь выходца из России, живущая вместе с отцом и мачехой.  Казаблан влюбился в неё и, несмотря на все культурные различие пользовался взаимностью, хотя его чувство не устраивали как папу, так и владельца обувного магазина Януша. Тот желал жениться на девушке и родители не против породниться с состоятельным человеком, к тому же ашкеназом. Однако в лирическую линию решительно вторгся иной сюжет.

Городские власти решили снести старые дома целого района, в которых уже стало опасно жить. Их обитатели поделились на две равные половины. Первые не возражали против переселения в новое жильё, а вторые не хотели переезжать и собирали деньги для ремонта и сохранения своих квартир. Всю сумму украл неизвестный злоумышленник и  в преступлении обвинили Казаблана, который из-за возбуждённого против него уголовного дела попал в тюрьму. Теперь ему нужно было доказать свою невиновность, ибо от этого зависели не только свобода, но и личное счастье.В фильме достаточно четко обрисованы противоречия между сефардами и ашкеназами. Так отец Рахели категорически не пожелал выходить к шабатнему столу, ибо дочь пригласила на праздник Казаблана. Впрочем, он начал по другому смотреть на него после того как узнал о его армейской храбрости. Во время Шестидневной войны сержант Симан-Тов пройдя через минное поле спас своего командира. Но выдвинутое против него обвинение изменило отношение к молодому марокканцу большинства жителей. После исчезновения денег снос домов казался неизбежным. «Грустные дни пришли в Яффо. Счастье уходит и люди уходят». Однако зрителя ждёт новый поворот сюжета: в тюрьме молодой человек встретил спасённого им командира, а ныне следователя в «миштаре» – полиции. В беседе с ним всё встало на свои места: герой признаётся, что армия была его настоящим домом, заявляет, что не брал денег. Командир (подобно Рахели) ему поверил  и выпустил на свободу.

Тем временем оказавшиеся в тяжёлом положении жители старого квартала ждали чуда – и оно пришло в лице инженеров, давших положительное заключение о возможном сохранении домов после реставрации.  Украденные деньги нашлись у отрицательного персонажа, район ремонтировался и в финале все дружно праздновали брит-милу младенца, родившегося в начале действия. Фоном для этой истории стали реалии Земли обетованной; закоулки  старого района «124/25, более известного как «каф», и находившегося рядом с Яффо. Конечно же зритель видит такие символы Израиля, как Ям Тихон – Средиземное море и Стена плача, в которую Казаблан же вкладывает листочек с заветным желанием.Мюзикл явно ориентировался на  лучшие образцы жанра – «Вест-Сайдскую историю» и «Скрипача на крыше». (Так сказать, наш ответ Голливуду). О первом фильме напоминает номер «Самоуважение» – проход по улице банды городских хулиганов, возглавляемых главным героем и хореография их танцев, упрощённый вариант идей Джерома Роббинса (он же Ирмеяху Рабинович). Второй шедевр навеял сцену на шуке-базаре «Мы все евреи». Однако, заимствуя какие-то части структуры и приёмы названных выше образцов, Менахем Голан всё же снимал совершенно оригинальное, израильское, кино. Его главная задача  передать непосредственную атмосферу Земли обетованной, и показать как она превращает «евреев 80-ти национальностей» в единый народ. Вот тут-то получилось далеко не всё. Начать со сценария. В нём чётко прорисован только главный персонаж – Казаблан (Йорам Гаон). Все остальные (включая Рахель – Эфрат Лави)  только намечены. Положение частично исправляют яркие второстепенные персонажи. Хотя они выглядят не столько живыми лицами, сколько типажами, им не откажешь во внешнем колорите. Особенно приятен Арье Элиас (Мошико). По мере развития сюжета действия выглядят всё более предсказуемыми, а темп их развития замедляется, поэтому смотреть фильм становится всё сложнее. Не везде удачна и музыка созданная Довом Зельцером. Наряду с действительно интересными фрагментами, в ней много неярких, не запоминающихся мелодий, особенно в лирических эпизодах. После фрагмента на шуке, сцены «Демократия» (явно навеянной знаменитой «Америкой» из «Вест-Сайдской истории») и песни о Яффо нет ни одного момента, сравнимого с ними по «драйву». Однако перечисленные номера стали украшением израильской киномузыки. До установленного ими уровня не «дотягивает» даже финальное торжество «брит-мила». Впрочем, для своего времени «Казаблан» оказался заметным явлением и номинировался по двум позициям на «Золотой глобус». Ряд эпизодов производят впечатление до настоящего времени. О жизненности спектакля и фильма свидетельствует не только его присутствие в интернете, но и обилие театральных постановок мюзикла в еврейских общинах различных стран до наших дней. Фрагменты из них можно обнаружить в разных сайтах. Для любителей израильского кино.

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Вы можете использовать это HTMLтеги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>