Суд над чикагской семёркой (США, 2020) Сценарист и режиссёр А. Соркин

Длительность 130 минут
%d1%81%d1%83%d0%b4%d1%877-1Судебная драма, где с обеих сторон «засветились» наши ассимилированные соплеменники. В основу сценария легли реальные события августа 1968-го года в Чикаго. Произошли они во время съезда Демократической партии США. В дни того предвыборного форума в городе произошли массовые ненасильственные выступления нескольких леволиберальных организаций против войны во Вьетнаме. Центром так называемого «фестиваля жизни» стал городской парк. В ходе несанкционированных мэрией митингов и концертов произносились пацифистские речи, сжигались повестки на призывные участки. Полиция спровоцировала взрыв недовольства и посадила на скамью подсудимых 7 активистов различных движений. Им предъявили надуманное обвинение в заговоре с целью свержения существующего в Штатах политического режима. Как выяснилось позднее, государственная машина и возглавлявшие её президенты Джонсон и Никсон решили таким образом подавить сопротивление американскому вторжению в Индокитай. Общественное мнение страны раскололось на два лагеря. Правые защищали позицию администрации Белого дома; оппозиционеры видели в процессе посягательство на закреплённые в Конституции гражданские свободы. Дело слушалось в суде начавшемся 26 сентября 1969 года, однако подробности о нём читатель может узнать из интернета. В соответствии с направленностью сайта, выделим фигуры двух из семи выведенных в фильме подсудимых. Это основатели «Международной партии молодёжи» (йиппи), евреи Эбби Хоффман (1936 – 1989) и Джерри Рубин (1938 – 1994).
Фильм в художественной форме воспроизводит наиболее интересные фрагменты пятимесячного процесса, которые сценарист Аарон Соркин сделал стержнем действия. Они перемежаются показом событий августа 1968 года, ставших предлогом для следствия. При этом из мозаики мелких деталей складывается не просто целостная картина противостояния, но и его подспудные течения. Механизм организации судилища был предельно прост и обкатан сотнями лет. Сначала нагнеталось противостояние оппозиционных власти сил, затем либо из-за мелкого конфликта, либо через провокацию в наступление бросали полицию. Виновными, естественно, объявили протестующих. Так случилось и в Чикаго. Толпа из 800-т человек, возглавляемая Хоффманом (Саша Барон Коэн), Рубином (Джереми Стронг) и ещё одним эпизодическим персонажем, евреем, известным поэтом Алленом Гинзбергом (1926 – 1997) двинулась к участку. Демонстрация требовала освободить арестованного накануне активиста Тома Хейдена, но встреченные полицией манифестанты не стала вступать в конфронтацию и вернулась в парк. Однако, там их окружили три многочисленных отряда стоящих на возвышенностях стражей порядка и предложили разойтись. Когда кто-то в толпе крикнул «на холм» это было воспринято протестующими как боевой клич. Однако, противник задавил толпу степенью организации и качеством вооружения. Последовала расправа, аресты, следствие и суд. Власть не смутило, что почти никого из семёрки (включая лидера «Чёрных пантер» Бобби Силла) непосредственно на месте массового избиения безоружных демонстрантов не было. Официальная юрисдикция заранее имела кандидатуры козлов отпущения, которых должны были отправить за решётку.
Основная идея создателей ленты разоблачить тщательно скрываемый ангажированно политический характер суда. Процесс имел целью провести показательное слушание дела и вынести предрешённый обвинительный приговор. Судья Джулиус Хоффман (парадокс, но тоже еврей) затыкал рты адвокатам защиты (среди которых были и его соплеменники: Билли Канстлер и Лео Вейнгласс). Свидетелями выступали только государственные служащие, большей частью копы. Присяжных, коих подозревали в сочувствии к подсудимым шантажировали. Им рассылались угрожающие письма якобы от негритянской радикальной организации «Чёрные пантеры», один из руководителей которой находился среди обвиняемых. Это позволяло судье выводить неугодных юрисдикции лиц из состава коллегии. Всё шло как по маслу, до момента когда защите удалось пригласить в качестве свидетеля бывшего генпрокурора США Рамси Кларка. Он под присягой показал, что по служебному расследованию ФБР виновницей беспорядков в Чикаго была… местная полиция. И никаких признаков заговора с целью свержения режима у обвиняемых не обнаружили. Таким образом политическая подоплёка процесса семёрки рассыпалась. Однако власть по-прежнему лезла из кожи вон с целью довести дело до обвинительного приговора. Как повели себя в этой ситуации участники этого спектакля зритель может увидеть сам… На снимке ниже Саша Барон Коэн (Эбби Хоффман) и Джереми Стронг (Джерри Рубин)%d1%81%d1%83%d0%b4%d1%877-2Сделанный на высоком художественном уровне нашим соплеменником Аароном Соркиным, фильм впечатляюще показал противостояние пацифистов и ястребов в общественной жизни страны. Сделан с высоким мастерством на всех уровнях, начиная со сценария, продолжая динамичной организацией действия и отличной игрой актёров. Является хорошей иллюстрацией того, как наших ассимилированных соплеменников, прибивает то к одному, то к другому берегу. Впечатление повествование на думающего зрителя очень велико. Оценки зрителей и критики разных стран справедливо очень высокие. Не удержусь от желания привести большой фрагмент из содержательной и, одновременно восторженной рецензии Антона Долина (Сайт https://meduza.io/feature 20.10.2020), ибо сам испытал к концу просмотра родственные эмоции.
«Суд над чикагской семеркой» принадлежит к числу тех фильмов, которые так необходимы сегодня. Атакуя актуальные вопросы, они напоминают о золотом стандарте правозащитного Голливуда, временах «Двенадцати разгневанных мужчин» и «Убить пересмешника» — и нажимают на предсказуемые клавиши так умело и непринужденно, что вновь, как у собаки Павлова, вызывают необходимую реакцию аудитории — катарсис. Чем-то подобным были «В центре внимания» и «Зеленая книга», и да, вы правильно поняли: «Оскар» не сможет пройти мимо такой картины. Выгодное отличие «Суда над чикагской семеркой» от предшественников в том, что здесь есть культовый автор. Режиссер молодой (это всего вторая его работа), но обладающий узнаваемым стилем и огромной славой.
Соркин — один из знаменитейших сценаристов в Америке, и за ее пределами. Никто не мог бы справиться с этим конкретным материалом лучше, чем создатель «Нескольких хороших парней» — к слову, название идеально подошло бы и «Суду над чикагской семеркой». Манера и метод Соркина узнаются моментально. Во-первых, ураганные диалоги — даже слишком метафоричные и выразительные, чтобы быть правдоподобными, но об этом восхищенный зритель не успевает даже задуматься. Во-вторых, чуть приправленный фирменной иронией идеализм, восходящий к самым благородным устремлениям отцов-основателей Америки. Оба качества присущи Соркину-драматургу.
Но надо сказать, что фильм позволяет говорить и о формировании его режиссерского киноязыка, который еще не вполне прорезался в дебютной «Большой игре». Это определенная скупость в средствах, мастерское жонглирование несколькими временными пластами и, что довольно неожиданно, умение пользоваться не только бронебойными репликами, но и паузами. В ключевой момент допроса одного из обвиняемых Соркин уходит в затемнение вместо ответа — и это действует сильнее любых слов. Наконец, главное — блестящая работа с актерами. (…) Для чего же нужны усилия толпы незаурядных людей — неужто только для того, чтобы повторить очевидное? Война — это зло, государство не имеет права на насилие, добро бывает с кулаками, истина всегда сильнее лжи, права человека должны быть незыблемы, юрист не должен ни при каких обстоятельствах быть политически мотивированным. Выходит, что так. Туповатая в своей самоочевидности программа, выраженная уже в прямом, как палка, названии фильма, — именно то успокоительное, которое буквально необходимо истомленной тяжелым годом публике».

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Вы можете использовать это HTMLтеги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>