Длительность 102 минуты 

Вариант перевода «На самом крашке скамьи». Камерная драма. Через бытовые сцены, юмор, ссоры и ритуалы ассимилированной семьи картина исследует её кризис, преемственность поколений и еврейскую идентичность в светской Франции. Тёплое, но горькое кино о том, как в повседневности переплетаются жизнь и смерть. Четыре поколения французских евреев  Оппенгеймеров каждый год встречались в аэропорту Орли для последующей встречи дня рождения старейшины рода. Так случилось и в начале действия. Исааку (Анри Кремье) — 90, его сыну Эли (Жорож Уилсон) — 60, внуку Бену (Виктор Лану) — 30, правнуку Матиасу — 10. Кампания направилась в предместье Парижа в загородный дом внука, надейсь провести там неделю. Но тут фортуна от них отвернулась. Страхового агента Бена недавно покинула жена Пегги (Джейн Биркин). Единственная «гойка»  в этой истории, она англичанка, преподающая свой родной язык португальцам. Несмотря на развод, женщина часто являлась в этот дом под предлогом повидаться с сыном. На деле ей руководили иные соображения, ей нравилось трепать нервы бывшему супругу. А тот и так разрывался между работой, сыном и руинами брака.

Эли — единственный из семьи, кто совершил алию в Израиль. По профессии шеф-повар. Его мировоззрение — гремучая смесь из анархизма и ревностной веры в каноны иудаизма. В момент действия фильма добивался получить компенсацию по иску от сбежавшей в США супруги. Денег у него всё меньше, поэтому он бомбардирует бывшую  телефонными звонками «за счёт вызываемого абонента». Остальное свободное время проводит в молитвах и за чтением Торы. Его фигура мост между традицией и современностью. Патриарх Исаак ведёт романтическую переписку с некой флористкой из Ниццы, надеясь на её взаимность. Но, узнав о его возрасте, она категорически ему отказала, что повергло старика в глубокую депрессию. Это подействовало на его психику, он добровольно ушёл из жизни, и его смерть объединила всех близких, включая даже Пегги. А до  Матиаса впервые  дошёл горький смысл сказанный прадедом «на краешке скамьи» слов «некоторые поколения должны исчезнуть и тем освободить место лоя последующих«.. Через взгляд ребёнка-наблюдателя фильм показал абсурдность мира взрослых, хрупкость семьи и неизбежность смерти. Время фильма — время его инициации в понимание жизни… Во Франции лента в своё время вызвала благоприятный приём. По откликам она соединила смешное серьёзное и даже содержала определённый философский смысл. Мимо российского зрителя она прошла, поэтому её можно найти в интернете в оригинальном варианте без перевода. (составлено по различным источникам при содействии ИИ).