Длительность 82 минуты
К читателю. Писать об интеллектуальном кино до его просмотра — занятие сомнительное. Меня оправдывают две причины. Первая — глубокий интерес к главной теме фильма, как историка и как зрителя. Вторая — за три года после выхода «Почему война» так и не добрался до израильской глубинки, где я живу, и неизвестно, когда доберётся. Поэтому нижеследующие строки — лишь первое приближение к смыслу картины и приглашение к диалогу. Если у кого‑то из читателей, особенно видевших фильм, возникнут соображения или возражения, они будут с благодарностью приняты.
Проект создан на стыке игрового и документального кино и считается одним из самых необычных и интеллектуально насыщенных замыслов Гитая. У фильма нет линейного сюжета: он организован как умственное путешествие, в ходе которого режиссёр пытается понять, почему человечество не может вырваться из заколдованного круга кровопролитных конфликтов. Исходная точка — знаменитая переписка Эйнштейна и Фрейда (1932). Великий физик спрашивает у отца психоанализа: «Есть ли способ избавить человечество от угрозы войны?» Фрейд отвечает, что агрессия — часть человеческой природы, и только культура и право способны её сдерживать.

Вопрос Эйнштейна так и остался без окончательного ответа, а фрейдовская идея врождённой агрессии не потеряла актуальности. Гитай использует этот диалог как рамку для современного разговора, показывая, что реплики двух гениев звучат не менее остро и в XXI веке. В основе своей концепции режиссёр выдвигает положение: человеческая агрессия — фундаментальная проблема, и без её осмысления цивилизация не сможет существовать. Он подходит к теме с разных сторон. Война предстает для неё не только политическим, но и психологическим явлением, укоренённым в самой природе человека. Следовательно, в нас заложен биологический механизм насилия, который проявляется в разных эпохах и культурах и не исчезает даже в условиях развитой цивилизации. Такой подход делает фильм антропологическим эссе, но не снимает его общественной остроты. Возникает вопрос: неужели разум и духовность бессильны перед агрессивностью, встроенной в человеческую природу? Мыслители всех времён оставили нам объяснения причин войн, но не оставили инструментов для их предотвращения. Мы можем лишь осознавать свою беспомощность и фрустрацию перед лицом конфликтов. Это состояние и становится предвестием интеллектуального тупика, о котором, судя по всему, говорит фильм.Гитай вынужден признать: единственными средствами, способными противостоять саморазрушению, остаются мысль, культура и философия. Только они формируют память и ответственность. Через них воспоминания о минувших трагедиях могут удерживать человечество от повторения ошибок. Но история между 1932 годом и сегодняшним днём показывает, что человечество мало изменилось. Национализм, религиозная ненависть и расизм — те же причины конфликтов, что и сто лет назад. Отсюда вытекает важный вывод: война и мир вынуждены сосуществовать. На философском уровне это проявление первого закона диалектики — единства и борьбы противоположностей. Гитай подчёркивает это уже в первой сцене: в Тель‑Авиве, когда рядом с мемориалом заложникам 7 октября 2023 года, проходит йога‑класс. Контраст не случаен. Режиссёр предлагает видеть в войне и мире две стороны человеческого существования. Современный мир не стал гуманнее, угроза конфликтов — вплоть до самоубийственных — не исчезла. Но люди продолжают жить даже в тени трагедии. В этом парадоксе скрыт ключ к пониманию фильма.Главный вывод Гитая: войны не имеют одного объяснения. Они — результат взаимодействия биологических, культурных и политических факторов. Но сама постановка вопроса о природе войны уже является формой сопротивления насилию. «Почему война» не даёт ответа, потому как, по мнению режиссёра, его не существует. Однако фильм заставляет думать — а мышление остаётся единственным, что человек может противопоставить войне.
Сложность замысла определила и сложность выразительных средств. В фильме есть ведущий; звучат голоса философов и интеллектуалов; актёры «Комеди Франсэз» изображают исторических деятелей, читают их письма, философские тексты, политические речи. На экране появляются архивные кадры трагедий XX века: Второй мировой войны, американской агрессии во Вьетнаме, ближневосточных конфликтов. Стиль позднего Гитая узнаваем: длинные статичные планы, театральность, минималистичная визуальная среда, акцент на голосе и тексте. Это кино для размышления, а не для эмоционального воздействия, и массовая аудитория вряд ли его воспримет.
Тем не менее специалисты уже отметили актуальность фильма в эпоху новых войн, назвали его интеллектуально смелым и подчеркнули глубокую работу с философскими источниками. Некоторые критики сочли картину чрезмерно академичной и театральной — время покажет, насколько справедливы эти оценки.