Три имени неодолимо притягивают к экрану по прочтении данных на фильм «Вива Мария»: Луи Маль (1932 — 1995), Бриджит Бардо и Жанна Моро. Однако, после просмотра ленты у многих первых зрителей возникал недоуменный вопрос: почему Маль, режиссёр «новой волны» и противник «масскульта» пошёл на поводу публики? Киноведы и до сих пор высказывают по этому поводу разное мнение. Действительно, считали многие, раз Маль мастер интеллектуального кино, в его работе обязательно должен присутствовать некий завуалированный смысл. Вот и сделал М Иванов в своей рецензии следующий вывод: «Получился смешной, насыщенный комедийными элементами приключенческий фильм, несущий авторскую мысль об абсурдности насилия и эгоцентризма». Однако, увидеть
подобное скрытое содержание в ленте оказалось довольно затруднительно, и в голову пришла следующая рискованная мысль: а был ли мальчик? А может мальчика то и не было. Тем более, что сам фильм не является чем-то выдающимся — перед нами легкая авантюрно-приключенческая лента. Конечно, «по когтям узнают льва» — лента по форме и по темпу у удачна. Некоторые эпизоды поставлены и сняты настолько виртуозно, что в рядовой коммерческой поделке подобный уровень мастерства встретить просто невозможно. Возможно, такая творческая свобода и породила ещё одну интересную точку зрения что «Вива, Мария!» — это нечто вроде позы Луи Маля: «Вот я сделал блестящую психологическую драму, а вот я снял попсовую «развлекуху». Я такой, я всё умею»! А почему бы и нет? Ну, захотелось серьёзному режиссёру порезвиться – он и развлёкся.
Действительно, мастер в ряде лент 50-х – 70-х годов эпатировал почтеннейшую публику, но здесь мы можем найти только намёки на такую позицию (скажем введение элементов стриптиза в программу захудалого кабаре в начале 20-го века, да ещё где-то в Центральной Америке). Но не слишком ли это выспренне звучит? Гораздо проще и правдоподобнее выглядит другое объяснение – Маль предпринял такой неожиданный для себя проект с целью поглубже изучить особенности восприятия зрителей. Не той тоненькой прослойки, что приходит в восторг от андерграунда или арт-хауса, а толпы заполняющей залы кинотеатров и ждущей развлечения. А его, как творца самого массового вида искусства, уверен, всегда интересовало проблема, как и насколько его понимают. Для достижения поставленной цели он собрал отличных профессионалов, начиная со сценариста, ибо качество хорошего фильма любого жанра начинается с литературной основы. И Жан-Клод Карьер (1931), в ту пору молодой, но уже известный представитель своего «цеха», сотрудничавший с Луисом Бунюэлем, не подвёл режиссёра. В сотрудничестве они написали крепкий сценарий для хорошего поп-фильма.
Что нужно зрителю? Динамичный сюжет с элементами экзотики. Пожалуйста. Вот вам приключения в Латинской Америке перед началом мексиканской революции – испанский колорит с поправкой на заокеанские нравы. И обязательно с любовью – для женской части зрительниц. Нужна изюминка для мужчин?. И это есть в виде элементов «клубнички» —
неназойливой, но часто присутствующей эротики. Удачной оказалась идея соединить в сюжете двух противоположных по взглядам и жизненному опыту персонажей — молодых женщин, одна из которых танцовщица, а вторая террористка. И добавьте к тому, что роли предназначались для дуэта великолепных актрис разного плана. С одной стороны Жанна Моро, воплотившая в кино, по выражению кинокритика Жинетты Венсандо «идеал интеллектуальной женственности», та которую великий Орсон Уэллс назвал лучшей актрисой современности. С другой стороны Бриджит Бардо, не столь талантливая, но олицетворявшая в глазах общества сексапильность и обеспечивавшая любому фильму со своим участием космическую прибыль. К тому же, по сценарию, они тёзки. Получился отличный дуэт, представивший зрителю две ипостаси женского характера. Ну а дальше на
экране развернулась история, о том, как пара стриптизёрш «Мария и Мария» из захудалого кабаре превращаются в народных героинь. Неожиданно, не слишком глубоко или впечатляюще, зато ярко, эффектно и темпераментно. И, при всём том, психологически достоверно. По мнению одного критика, каждая из экранных подруг дала другой то, чего у ней не хватало. «Мария-Бардо почувствовала вкус к жизни, нашла себя в любви к мужчине, а Мария-Моро почувствовала вкус к подвигу и обнаружила в глубине своей податливой и мягкой души мощь и твердость». Хорошая мысль, с ней следует согласиться.
Фильм прошёл по экранам европейских стран и за океаном с большим успехом (в некоторых штатах США его сочли аморальным и запретили к показу). Никто не искал в нём какие-то неизреченные глубины, но его с увлечением смотрели рядовые зрители и кинокритики. Он понравился тем и другим. Именно за него Луи Маль получил в 1965 году престижную награду Французской киноакадемии а Бриджит Бардо получила не менее важный приз Étoile de Cristal за лучшую женскую роль. Кроме того Жанна Моро и Бриджит Бардо были номинированы за эту ленту на премию британской ассоциации кинокритиков BAFTA как лучшие иностранные актрисы, но приз достался только Жанне Моро. Лента повлияла на французское кино. Через шесть лет Кристиан-Жак снимет по тому же рецепту и почти с таким же успехом вестерн «Нефтедобытчицы» (1971), соединив в нём Бриджит Бардо уже с итальянской звездой – с Клаудией Кардинале. Урок Маля оказался усвоенным.