Город Сиу (США, 1994) Режиссёр Л. Д. Филлипс

Длительность 102 минуты

ГородСЭтот средний по художественному качеству фильм отличается оригинальным использованием еврейской темы. Но об этом в конце, а пока немного о сюжете. Молодой преуспевающий врач Джесси Голдман (Лу Даймонд Филлипс), воспитан в благополучной еврейской семье, но по происхождению является индейцем племени  Сиу. Он попал в большой город после того как  от него ещё в детстве отказалась мать. На одном из дней рождения, этот уже сложившийся человек и специалист получает от неё амулет и письмо с просьбой приехать в резервацию. Джесси отправился туда, но ему сообщили, что женщина якобы погибла во время пожара. Как врач он быстро нашёл подтасовки в заключении о её смерти, причём некоторые детали говорили не о несчастном случае, а об убийстве к которому причастны местные блюстители порядка. Далее действие развёртывается по канонам мелодрамы. Полицейские преследовали чужака: избили его до полного бесчуствия и бросили в пустынном месте. Только родной дед и индейский лекарь спасли Джесси от смерти. Естественно общение с соплеменниками помогло ему не только раскрыть неведомые страницы жизни матери, но и открыло дверь к культуре родного по крови этноса, в том числе к его магии. А теперь к интересующему нас вопросу.

Начнём с обычного. Чета Голдманов обрисована в фильме бегло, но с несомненной симпатией. Во многом о них приходиться судить по словам главного героя от которого не скрывали проихождения и обстоятельств усыновления. Поэтому, как говорит Джесси, он рос трудным ребёнком, обозлённым на весь мир, ибо мать отказалась от него. Тем не менее, приёмные родители сумели терпением и добротой расположить к себе мальчика и когда он вырос, и осознал всё сделанной для него, то заплатил им искренней и нежной привязанностью. Главный персонаж называет их людьми не религиозными, но культурными. По-видимому они знакомили его с какими-то элементами еврейской традиции, так как, оказавшись у места где был развеян прах матери, Джесси читает кадиш (еврейскую заупокойную молитву). На вопрос находящейся рядом индейской девушки почему он так поступает, главный персонаж отвечает: «Просто я не знаю соответствующих ритуалов своего народа».

А сейчас, как говорили старые фотографы, вылетит птичка. Однажды в разговоре со своим индейским дедушкой, внук обратил его внимание на нищету, отсутствие работы и перспектив для детей, указал на то, что за границами резервации существует «более совершенный мир» и получил чёткий ответ «Если мы уйдём, если мы покинем нашу землю, мы перестанем существовать». Джесси нашёл новый аргумент: «Мои родители – евреи. а евреи не только исповедуют определённую религию, но имеют богатое историческое наследие. Евреи прекрасно уживаются с доминирующими нациями во  всём мире, но не теряют своей индивидуальности». Индеец задаёт риторический вопрос: «И они не пытались вернуть свою историческую родину? Не хотели вернуться на святую землю». На попытку Джесси уйти от определённого ответа  («Мы не говорим сейчас о создании государства») следует важное по смыслу заявление старика: «Земля подобна душе. Она как мать… Здесь обитают души наших предков и только здесь мы остаёмся самими собой». «Прости меня дедушка, — продолжает гнуть свою линию внучек, — но из-за подобных взглядов ваши дети обречены на нищету, безграмотность, плохое медицинское обслуживание». Реакция собеседника крайне важна: «Страдаем ли мы за наши убеждения? Да. Как страдали Голдманы и их родители за свои. Но разве может человек ради материального благополучия продать свою душу?»  Для Джесси разговор стал важным поворотным моментом в го движении к корням. А зритель может констатировать, что перед ним единственная в американском кино попытка сопоставить исторические судьбы и показать родство основополагающих проблем евреев и североамериканских индейцев. Для зрителей интересующихся отражением еврейской темы в мировом кино.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


Срок проверки reCAPTCHA истек. Перезагрузите страницу.