Длительность 78 минут
Молодёжное драмеди о поколении 1990‑х в Тель‑Авиве, живущем в атмосфере свободы, неопределённости и мечты о большом мире. Смысл названия может быть понят как «Птицы в свободном парении», хотя авторы оставляют зрителю свободу толкования. По различным материалам история начинается в молодёжном районе Флорентин в Тель-Авиве. (О возникновении и развитии этой части города легко найти материал в интернете). Режиссёр использует возможность показать быт, архитектуру и многочисленные граффити, придающие своеобразие улицам. На этом фоне одарённый певец Эрик (Цаки Бохлин) был не в состоянии собрать на свои выступления публику. Уличная художница Дана (Дана Модан) не могла заинтересовать своими работами ни спонсоров, ни власти. В частности, ей не удалось завершить настенную роспись, ибо её работу запретили местные власти и пресекла полиция. Оба персонажа переживали кризис творческой невостребованности и, независимо друг от друга, приняли решение найти себя в США. Однако Нью-Йорк встретил чужаков недружелюбно. Чтобы заработать на жизнь Эрик продавал на улице декоративные свечи, а Дана работала распорядительницей в стриптиз-клубе. Две еврейские песчинки пересеклись и познакомились в гигантском многонациональном мегаполисе.

Показанные герои и их окружение жили в «нейтрале», не бедствовали, но и не двигались вперёд. Они не пережили войну или идеологические битвы родителей. Поэтому его представители искали смысл в искусстве, путешествиях, музыке. Тусовки, богемность — это способ лишь отложить взросление. Субкультура становится временным домом, но не заменяет поисков пути. На этом фоне Тель‑Авив показан как место старта, в туманное, прекрасное будущее. Нью‑Йорк превращён в миф, символ «большой жизни». Фильм исследует феномен эмиграционных иллюзий израильской молодёжи 1990‑х и их крушение. Толкнувшись с суровой заокеанской реальностью, спасаясь от наступающих на них неприятностей, они возвращаются в родной Флорентин. Атмосферу своего дома персонажи чувствуют и понимают. Процесс перехода от инфантильности к здравой оценке реальности похоже завершён… Действие сопровождается разнообразным саундтреком, сочетающим элементы израильской попсы и заокеанских ритмов… Зрители приняли фильм равнодушно, а критика разнесла его в пух и прах. (Лента «заражена всеми недугами израильского кино»). Отмечались стандартность ситуаций, примитивность диалогов и недостаток динамики. Эпитеты приложимые критиками к работе Габи Эшколь «неоригинальная, шаблонная, дилетантская, непродуманная по замыслу». Как отметил один из рецензентов «Рядом с «Птицами в нейтрале» чисто развлекательные фильмы Иегуды Баркана и Зеева Реваха выглядят как работы Феллини». (составлено по различным источникам).