Длительность 115 минут

Перед нами не биография в привычном смысле, а экспрессионистская фантазия о противоречивом внутреннем мире Густава Малера (1860 — 1911) Еврей по происхождению Малер накиболее яркая фигура рубежа ХХ века, создававшего только грандиозные  симфонии и песни. Кинолента построена как поток воспоминаний больного музыканта (Роберт Пауэлл), ещё не знающего, что дни его сочтены. Фильм не имеет линейного сюжета, действие в нем свободно перемещается во времени и пространстве. Напрасно искать биографическую и, временами, историческую точность. Жизнь музыканта рассказана через поток воспоминаний, гротескных видений и музыкальных ассоциаций. Фильм показывает не факты, а эмоциональную правду о великой личности так, как её представлял Расселл. Фрагменты снов и видений композитора включают фрейдистские мотивы. Режиссер поставил себе почти невыполнимую задачу — показать на экране своё представление об образе гения.  Расселл по-своему синхронизировал визуальные образы с музыкой Малера. Создавалось впечатление, что мы видим эмоциональные источники его симфоний. При этом лента не объясняла музыку — она переживала её вместе с героем.

Действие ленты происходит в пассажирском вагоне. Это не просто рамка сюжета. Рассел использует поезд как символ движения к смерти — Малер умер через несколько месяцев после реальной поездки. Одновременно это метафора непрерывного творческого процесса, где ритм колес перекликается с темпами симфоний. Наконец, перед нами пространство конфликта Малера и его жены Альмы (Джорджина Хейл): теснота вагона только усиливает напряжение между ними. Каждый флэшбек — подобен «станции», где герой проходит через страницы книги своего земного бытия. Флэшбеки возвращают Малера в его тяжёлое еврейское детство в Богемии. Ранние эпизоды сняты подобны фильмам немецкого экспрессионизма. В них использованы резкие светло-тени, гротескные позы и преувеличенные жесты.Это не стилизация а показ, того, что воспоминания Малера — не реалистичны, а искажены травмой. Особенно важен образ взрывного по характеру отца, ставшего в воспоминаниях — огромным, вызывающим страх. Эти эпизоды объясняют истоки его тревожности и трагического мироощущения. Кстати, унаследованный от отца холерический темперамент, доставлял много проблем окружающим музыканта.Одна из центральных тем сюжета — отношения композитора — новатора с современной ему музыкальной культурой и его переход в католицизм. Рассел показал давление немецкой консервативной традиции, под тяжестью которой Малер вынужден был жить и творить. Вагнер в фильме — почти карикатурный диктатор искусства, воплощение антисемитизма и культурного снобизма. Режиссёр изобразил крещение какрациональный шаг и болезненное самопредательство, ставшее актом выживания в мире, где Вагнер — бог.

Фильм показал и сложные отношения Густава с женой Альмой (Джорджина Хейл). Да, была любовь, но существовали и непреодолимые различия С её стороны были творческие амбиции, с его — ревность и эгоцентризм. Эти полярно направленные векторы породили эмоциональную дистанцию и острые конфликты, ставившие их супружество на грань разрыва. Брак для гения стал одновременно источником вдохновения и боли. Когда Альма появляется в белом, окружённая светом, Рассел отсылает к финалу Das Lied von der Erde — к теме ухода, растворения, вечного прощания. Это не просто флэшбек о любви — это предчувствие утраты, которое Малер носил в себе всегда. Ещё одно событие ускорившее уход великого музыканта — смерть дочери, показанная в почти полной тишине Это намеренно. Режиссёр убрал весь визуальный шум, чтобы показать: в жизни Малера не было трагедии страшнее этой, и никакая метафора не способна её усилить.

Здесь мы плавно подошли к одному из важнейших комплексов личности композитора — страху смерти. Этот мотив проходит через весь фильм. Он показан в видениях собственного похоронного ритуала. Его отзвуки в разговорах о «проклятии девятой симфонии». Великие Л. Бетховен, А. Брукнер,  А. Дворжак ушли в лучший мир после создания 9-ти симфоний.  Малеру также не было суждено завершить своё десятое грандиозное творение. Страх проявился в сцене сердечного приступа в поезде. Музыкант был сердечником, как и его родители, поэтому боялся повторить их судьбу. Рассел превратил Малера в героя трагедии, который чувствует приближение конца.

Одним из высших достижений Расселла, как режиссёра стал финальный эпизод ленты, на котором стоит остановться подробнее. Мы видим на экране две параллельные линии. Первая врач по телефону сообщает о скорой неизбежной смерти Малера — это холодная, медицинская, объективная реальность. Вторая линия Малер и Альма, вышли на перрон, — это субъективная, эмоциональная, почти романтическая реальность. Густав говорит жене «Мы будем жить вечно», как мужчина, переживший катарсис. Он верит, что их любовь переродилась и они смогут всё начать заново. Он верит, что жизнь ещё впереди. Это искренне. И в то же время — трагически ошибочно. Человек может чувствовать себя обновлённым, примирённым, живым — в тот самый момент, когда судьба уже вынесла приговор. Это не цинизм. Это правда о человеческом бытии. Но, одновременно, прозвучала высшая духовная истина. Как композитор Малербудет жить вечно, ибо создакнная им музыка переживёт всех. Его симфонии — это и есть бессмертие. И вот здесь Рассел делает гениальный ход: Малер ошибался как человек, но оказался прав как художник. Музыка не фон, а подтвеждение. Она действительно «живет вечно». И зритель понимает: да, тело умрёт, но музыка — нет. Это редкий случай, когда фильм буквально показал, как искусство побеждает смерть.

Кен Рассел (1927 — 2011) известен как «безумный гений» британского кино, и «Малер» — один из наиболее ярких примеров его стиля. Ему присущи яркие визуальные метафоры гротескные сцены (пародия на Вагнера), соединение высокой музыки и почти китчевой эстетики. Он не стремился к исторической точности — он интерпретировал Малера через своё толкование, через собственный художественный язык. Это вызывало споры, но со временем сделало фильм культовым. Фильм отличается высочайшей изобразительной культурой. Налицо стремление найти выразительные операторские решения для показа сложного и неоднозначного конфликта между творцом и окружающим его миром. В итоге лента стала одним из наиболее ярких кинополотен о великих людях. Представляется гениальным размышление о судьбе еврея — творца стремящегося реализовать себя в равнодушном, зачастую враждебном ему обществе. Для автора каталога концепция режиссёра предпочтительней показа личности Малера в лентах «Малер на кушетке», «Невеста ветра» (см каталог) Премии BAFTA, Каннского фестиваля и Британской гильдии сценаристов. Ленту можно найтти в интернете с русской озвучкой.