Длительность 123 минуты

Одна из лучших работ режиссера. Оккупированный Париж 1942 года. Пролог. В больнице женщина средних лет проходит унизительный медицинский осмотр, в ходе которого врач констатирует что у неё семитская внешность. Соответствующее заключение он направяет в префектуру полиции. Это не сулит ничего хорошего, поскольку евреи подвергаются гонениям. На выходе из кабинета женщину встречает её муж, прошедший аналогичный осмотр, и она говорит ему что всё хорошо. Таким образом зрителя вводят в атмосферу и только потом появляется главный персонаж . Это Робер Кляйн (Ален Делон) — аполитичный арт‑дилер, наживающийся на бедах наших соплеменников. Эльзасец и католик, он покупал у изгоев за бесценок дорогие антиквариат и картины, а затем спекулировал ими. У одного из них он приобрёл за полцены «Портрет голландского дворянина» ХVII века. Провожая визитёра, Робер обнаружил под дверью газету «Еврейский вестник», который распространяли по подписке только среди иудеев. Оттуда узнал, о существовании полного тёзки — парижанина,  еврея и участника Сопротивления. Антифашиста разыскивала полиция, а он начал пересылать арт-дилеру ему свою почту. Тем самым двойник пытался направить погоню по ложному следу и сделать Робера мишенью для антисемитов.

Для начала обратимся к широко используемому в мировой культуре образу двойника. В фильме он имеет несколько значений. Кляйн наживается на евреях, но считает себя свободным и убеждён, что их судьба его никогда не коснётся. Ярлык изгоя навешивает на него безличная система и он не может от него избавиться. Жертвы спекулянта, тем самым выступают,  как обвинение, как месть. А Кляйн становится тем, кого он презирал и эксплуатировал. Второе толкование. Кляйн — прямо не невиновен, но он — паразит, наживающийся на чужом несчастье. Поэтому двойник — его совесть и моральные нормы, которые он игнорировал. Отсюда ясно почему Кляйн-еврей не появляется на экране. он — внутри Кляйна. Это своего рода тень главного персонажа. Третий слой понимания. Двойник — символ распада личности. По мере развития сюжета Робер не просто лишается социального статуса, но теряет собственное «я». Его личность постепенно «перетекает» в однофамильца-невидимку и Кляйн начинает вести себя так, будто он тот самый еврей, которого ищет. Он  входит в роль, которую ему навязали и начинает действовать психологический механизм. Если общество навешивает ярлык, человек начинает жить в соответствии с ним. И ещё. Фильм построен как вариация на тему Кафки: герой обвинён в том, чего не совершал. Пытается доказать свою невиновность, но каждое доказательство работает против него. Двойник — это административная ошибка, превращённая в приговор. Даже ещё точнее — это бюрократическая фикция, которая становится реальностью. (Вспомним прелестный рассказ Юрия Тынянова «Поручик Киже»)

Через несколько дней полиция изъяла из квартиры Робера произведения искусства, конфисковала удостоверение личности и машину, ибо свидетельство о рождении бабушки из Алжира ещё не прибыло. Кляйн-эльзасец не желает чтобы его принимали за другого. Следователь отметил, что сам Робер заострил внимание на этом случае и высказал подозрение, что Кляйн-эльзасец хочет скрыться. Так как главному персонажу грозил арест, его друг Пьер (Майкл Лонсдейл) помог ему купить хороший фальшивый паспорт и получить визу. C липовыми документами, которые ему передал Пьер, Робер сел на поезд из Парижа в Марсель.  Однако, узнав в дороге, что его двойник в столице, он вернулся обратно. В городе бывший арт-дилер Робер дозвонился до Кляйна-еврея по телефону и назначил ему встречу. Не дойдя до установленного места он видел из засады, как по наводке Пьера, защищающего Робера, полиция арестовала Кляйна-еврея. На следующий день, увы, и Робера задержали во время облавы, и привезли на стадион, временно превращенный в транзитный лагерь. Во время сортировки евреев по фамилиям. на трибуне появился Пьер размахивавший католическое свидетельством о крещении бабушки. Оно наконец-то прибыло из Алжира. В громкоговорителях звучит имя «Робер Кляйн». Человек, которого показывают со спины, поднимает руку в знак своей идентификации и исчезает в подземном переходе. Толпа тащит Робера к платформе вокзала, и втискивает в один вагон с евреем, у которого он приобрел картину «Портрет голландского дворянина». Двери закрываются, эшелон отправляется в Освенцим. Таким озразом Кляйн спекулянт Кляйн оказывается в числе евреев, которых он сам эксплуатировал. Это один из самых сильных финалов в европейском кино.

Финал: арестованный герой Делона, обвинённый в принадлежности к чужому этносу, разделяет участь сотен тысяч евреев, отправленных в лагеря уничтожения. Его попытки что-то доказать оккупантам и их пособникам заканчиваются ничем. Фильм-притча о беспомощности отдельного человека перед всесилием бюрократической машины и о непостижимом смысле происходящего сделан под сильным влиянием не только кафкианства, но и экзистенциализма. Лента получила две премии «Сезар» и может быть понята, как вариант объяснения природы насилия вообще и в эпоху Холокоста в частности. Имеется вариант с русским переводом. Для думающего зрителя.