Один из самых интересных фильмов на еврейскую тему американского кино — мелодрама «Незнакомка среди нас» (1992). Как часто бывает в Голливуде, богатое познавательное содержание ленты заключено в оправу детективного сюжета. Вскоре после начала действия нам сообщают, что у нью-йоркских хасидов случилось загадочное преступление. Исчез молодой огранщик алмазов Якоб Клаусман, а вместе с ним драгоценные камни на сумму свыше 700.000 долларов. В полиции расследование поручили молодой, но уже опытной женщине-детективу Эмили Иден (Мелани Гриффит). Американка прихала в один из еврейских кварталов города и словно по мановению волшебной палочки попала в иную страну прошлого столетия. Старомодные одеяния мужчин и женщин, вывески и газеты на непонятном языке. Словно она уже не в крупнейшем мегаполисе Америки, а на еврейской улице штеттла, отличающегося от своего восточно-европейского родственника только этажностью зданий. Иная аура – подчеркиваемая музыкой в клейзмерском стиле, непривычный тип отношений.  В своей юбке выше колена, следователь выглядела здесь как классическая белая ворона. Довольно быстро выяснив, что Клаусман убит, Эмили выдвинула предположение, что киллер детально знал характер и распорядок работы своей жертвы.

Следовательно, он находится в среде хасидов и точно также может совершить и другие преступления. Значит, самый рациональный путь обнаружить уголовника – поселиться в общине под видом -еврейки и исподволь следить за окружающими, выжидая момент, когда хитрый убийца себя выдаст. И вот, «гойка» (нееврейка) оказалась в хасидской среде, со своей субкультурой и особыми законами. Здесь прекрасно знали ТаНаХ и его действующих лиц, но понятия не имели кто такая Жанна д’Арк и по соображениям нравственности не употребляли регательства. Эмили обязалась жить по всем требованиям еврейской традиции, которую хасиды, как известно, соблюдают очень ревностно. Конечно, с первых шагов она постоянно  попадала впросак, однако это только акцентирует внимание зрителя на самых различных сторонах жизни хасидской общины. Перед ней прошла своего рода энциклопедия еврейского образа жизни. Вместе с героиней зритель получил представление о нравственном облике хасидов. Эмили вполне допускала возможность обмана друг друга самыми близкими людьми Но её убеждение о том, что «в каждом человеке сидит вор и он только и ждёт случая, чтобы вырваться наружу» мгновенно натолкнулось на неприятие. До неё не сразу дошёл глубинный смысл возражения ребе «в вашем мире возможно, но не в нашем». Но и в дальнейшем её удивляли факты заключения устных сделок «под честное слово». Ведь речь шла о партиях драгоценностей, и, стало быть, о больших суммах денег.

Она познакомилась с образом жизни хасидов и их внешним видом с их обрядами, в частности во время проведения похорон и соблюдения траура. Зритель видит, как соблюдается кашрут и произносятся ежедневные благословения над едой. Как отмечается шабат, а в конце действия ему показывают еврейскую свадьбу. Иногда это мелкие, ничего не значащие для сюжета, но существенные для еврейской традиции детали. Так, когда один из взрослых персонажей начинает во время шабата учить ребёнка грамоте, он после прочтённой им первой буквы мажет ему губы мёдом и говорит: «Да будет имя Б-га столь же сладким на твоих губах». Естественно значительное место занимал показ изолированный от мужчин образ жизни женщин (вспомним автобус, разгороженный плотной занавесью на две половины). Кто-то из них работал в торговле ювелирными изделиями и все без, исключения, выполняли многочисленные обязанности по ведению хозяйства. Ведь главные жизненные установки и нравственные ценности евреек — быть женой,  матерью и примерно исполнять эти важные обязанности.

Она получила представление о синагоге, как центре еврейской религиозной жизни, где верующие евреи молятся несколько раз в день. О том, что кроме Торы (Библии) у евреев есть Кабала – сокровенное знание, дающее ответ на самые различные даже интимные вопросы. Эмили узнала, что хасидская община компактный социальный организм, существующий на началах взаимопомощи. И её члены не хотят, чтобы к ним относились как к чудакам, но как к людям, добровольно избравшим свой путь в жизни и в служении Б-гу. Кроме того, община открыта для евреев, которые оторвались от своей традиции, но хотят туда вернуться. Бат-тшува – так говорят о женщине решившей снова жить по законам Торы. Духовный центр этого религиозного сообщества — цадик. От него у членов общины нет секретов. Огромный авторитет этого лидера покоится не только на религиозности, но, также на глубоком уме и образованности (ребе говорит на 8-ми языках). Хотя община в фильме не названа, но по деталям биографии её старого руководителя (пребывание в Освенциме и гибель близких во время Второй Мировой войны) можно не сомневаться, что прототип экранного персонажа — сатмарский ребе Йоэль Тейтельбаум.

Естественно, Эмили сначала относится к хасидам с известной долей скептицизма, как человек, который вырос и живёт в совершенно нерелигиозной среде. Кроме этого, у неё преувеличенное мнение о значимости собственного жизненного опыта. В начале фильма она неоднократно говорит «Вы не видели, того, что видела я». Но у неё отсутствует система четких нравственных ориентиров, подобно традиционной еврейской. Ей непонятно как можно просто по убеждению соблюдать целых 613 правил (мицвот), если никто не контролирует их выполнение? Почему бы не пойти на поводу у своих желаний, особенно когда это никто не видит? Ей непонятно почему нельзя находиться под одной крышей малознакомым мужчине и женщине, если их не связывают близкие отношения? Эмили типичный продукт американского воспитания. Привыкнув к тому, что женщину оценивают в первую очередь по её сексуальности, она ждёт того же от новых знакомых. Поначалу ей совершенно непонятно почему в данном случае эти критерии «не работают». Однако, профессия воспитала у неё не только быстроту реакции и решительность в действиях, но и восприимчивость к новой информации. Иден открывает для себя совершенно иной подход. При нём женщину можно рассматривать не только как сексуального партнёра, но и как личность,чутко воспринимающую мир. Конечно, здесь не обошлось без любовной линии – возникновения симпатии между Эмили и Ариелем, приёмным сыном цадика и его преемником (Убедительное исполнение Эрика Таля). Именно от него она впервые слышит многие совершенно новые для себя понятия и, в частности, узнаёт о существующем у евреев понятии «башерт» — суженый. Это «половинка» предназначенная мужчине или женщине свыше, без которой невозможно настоящее супружество.

Но и Ариэль не остается равнодушным к обаянию своей новой знакомой. Она привлекает не только женственностью, но и непохожестью с его соплеменницами, быстрым практичным умом, решительностью и самоотверженностью. Эмили для него, как посланец другого мира, о котором он не задумывался. Там есть не только телевизор с танцующей на экране парой Джинджер и Фред, но и много различных интересных вещей. Ариэль в общении с ней преодолевает огромное искушение и не поддаётся голосу чувства только большим усилием воли. Помогают ему в этом религиозное воспитание, мотивация – стать преемником цадика. Старый ребе, с тревогой следит за метаниями и возможным отступничеством своего приёмного сына. Именно поэтому он ускоряет давно намеченную свадьбу Ариэля и дочери парижского раввина. Интересны с точки зрения развития взаимопонимания отношения разных по воспитанию, но симпатичных друг другу людей —  Эмили и Леей – сестрой Ариэля. Между ними быстро возникает дружба и чувство доверия. Лея говорит новой знакомой: «Ты моя первая подруга нееврейка». А та, подумав, отвечает: «А ты вообще моя первая подруга. После третьего класса». В этой реплике дополнительный штрих, позволяющий понять одиночество Эмили и неожиданное для неё открытие новых горизонтов общения в среде хасидов.

Авторы фильма не скрывают уязвимости руководствующихся принципами добра и ненасилия позиции религиозных евреев в современном мире Хасиды работают, в прибыльном бизнесе, зарабатывают деньги для безбедного существования. Но именно в силу своего миролюбия они оказываются беззащитными перед злом. Мы понимаем это, когда местные мафиози братья Бальдассари, прослышав о гибели одного из хасидов и почувствовав их, неспособность постоять за себя предлагают им «крышу». Признание евреями жизни, как высшей ценности мешает им оказать сопротивление. Достаточно вспомнить каким глубоким потрясением для Ариеля стал момент, когда в конце он вынужденно убил человека. В ряде моментов особенно ясно, что не будь рядом с хасидами той же Эмили (а за ней, напомним, стоит американский общественный строй), им не удалось бы так просто разрешить сложившиеся непростые ситуации.

Очень последовательно показано обновление внутреннего облика главной героини, которое начинаются с изменения внешности. Отказавшись от модной одежды, от ухищрений косметики, она хорошеет, что замечают и коллеги по работе и отец. Она буквально впитывает в себя новые сведения о хасидах, но, когда пытается делиться ими с напарником, наталкивается на равнодушие и непонимание. Интересна сцена в доме отца, уже после того, как Эмили увидела глубокую скорбь хасидов о погибшем собрате. Она спрашивает самого родного для неё человека, что бы от сделал, если бы она умерла. Ответ отца явно разочаровал её именно отсутствием душевного тепла. В то же время, Эмили  переоценивает значимость своего личного опыта. Узнав от Леи тяжелой судьбе ребе, она находит силы попросить у него прощения за допущенную по отношению к нему бестактность. И этот еврейский мудрец отвечает ей словами уважения, подчеркнув общую с ней жизненную позицию: «мы оба имеем дело со злом, а это ранит душу». Глубоко пораженная меткостью определения, Эмили отвечает: «Кто бы мне это сказал». Для неё это один из моментов истины. Думаю, не случайно следом идёт сцена подготовки и проведения шабата, также открывающая для неё характер отношений в общине.

Чтобы оттенить основной смысловой стержень фильма его создатели ввели в него фигуру ассимилированного еврея – полицейского Левина. Это человек, который откровенно признает свою оторванность от породившего его этноса. Он не знает его культуры и потому не стесняется распространять о нём совершенно фантастические выдумки. Появление подобного персонажа далеко не случайно. Этот «коп» как бы подчёркивает реальные процессы ассимиляции еврейского населения в США.

В голливудском фильме не обошлось без уступок канонам двух жанров: детектива и мелодрамы, причём в финале они оказались взаимосвязанными. Разгадка детективной интриги — образ Мары — бат-тшувы – раскаявшейся еврейки (кстати, Мара на иврите — горькая). Она, вроде бы вернулась к истокам. По законам жанра, зритель до последнего момента не догадывается о зловещей сущности этой женщины и, более того, жалеет её. Развязывая узелок сюжета, создатели фильма как-то просто обнаруживают в её рюкзаке и большую сумму денег и пистолет, после чего она захватывает в заложницы Лею и начинает шантажировать Эмили и Ариеля. А вот мелодрама закончилась не так, как в большинстве американских лент. Обычно в голливудской продукции любовь торжествует над национальными, расовыми и религиозными различиями. Но, Ариель, сожалея об упущенном счастье, остаётся верным традиции (что психологически более верно). Он идет к выбранной для него ребе невесте. И та, как бы в награду, открывает смысл обнаруженной им в начале действия фразы из Каббалы «Господь ведёт счёт женским слезам». «Это потому, — отвечает ему в финале наречённая, — что женщины понимают мир лучше, поэтому и плачут чаще». Вот и нашёл главный еврейский герой себе достойную пару, которая будет любить, понимать его и делить с ним его интересы. А Эмили, мелькнув сторонним свидетелем на еврейской свадьбе, остаётся с приобретённым ею у хасидов духовным багажом. Она уже не может жить по прежнему, разрывает отношения со своим бой-френдом и собирается ждать своего «башерта» — суженного…

«Незнакомка среди нас» (другой вариант названия «Чужая среди нас») сделана опытной умелой рукой выходца из польской еврейской семьи Сиднея Люмета, (1924 — 2011). Он работал в Голливуде полвека и, начиная со своего первого фильма «12 разгневанных мужчин» пользовался известностью, как талантливый режиссёр. Его работы более 50 раз номинировались на «Оскар», в том числе 18 раз за игру занятых в них актёров. Почерк мастера виден и в «Незнакомке…». Сначала он показывает две не связанные между собой сюжетные линии: одна — хасиды с их стилем жизни, их проблемами и вторая — другой мир, который о верующих евреях знать не знает. Но довольно быстро они смыкаются и дальше всё развёртывается в соответствии с крепким сценарием. Добавим к этому добротное музыкальное оформление и профессионально грамотную, четкую актёрскую игру. С этой точки зрения непонятны претензии критиков к исполнительнице роли Эмили Иден — Мелани Гриффит (её даже номинировали на антиприз «Золотая малина»). На мой взгляд, она в этом образе совершенно на месте. Блестяще создаёт образ обычной американки, для которой через еврейскую традицию открылись совершенно новые области духовной жизни. Как раз здесь и лежит характерная для мультикультурного общества основная идея фильма. Жить в мире и согласии можно только хорошо зная культуру другого этноса. Вот таким художественным откликом на сложную и всегда актуальную проблему стала «Незнакомка среди нас». Поэтому она ещё долго будет востребована как доброкачественный источник знаний о еврейской традиции и средство против антисемитизма.