Длительность 84 минуты
Более точный перевод названия: «Нет имён на дверях«. Одна из самых глубоких работ Надава Левитана, завершающая его «кибуцную трилогию». Драма, посвящёна жизни и отношениям людей в израильском кибуце конца 20-го века. Это было время когда господствовавшие там правила поведения, основанные на бескорыстии и усреднении личности вступили в конфликт с веяниями индивидуализма и рыночных отношений. В эти исторические рамки помещена тонкая, человечная драма о распаде общины и о людях, которые пытаются сохранить достоинство, любовь и память в мире, где «на дверях больше нет имён». Судя по кратким аннотациям, сюжет фильма складывается из пяти новелл. В первой описывается разрушние дружбы двух сорокалетних киббуцников Морди (Дани Басар) и Симхи (Меир Суисса). Много лет они жили душа в душу, но наступил момент, когда Симха решил жениться, а Морди расценил этот шаг, как предательство. Ключевая сцена когда Морди один танцует с коровами в коровнике — символ его отчаяния. Перед нами метафора распада «мужской солидарности», как одной из старых кибуцных моделей жизни. Во втором эпизоде отец погибшего солдата (Дан Вольман) приехал к девушке его сына, медсестре Ае (Дорит Лев-Ари).
Неожиданно мужчина почувствовал к ней влечение. Ему не ясно, что в этом чувстве было больше: зова плоти или воспоминаний о сыне. Так сложилась история о горе, одиночестве и невозможности отпустить прошлое. Эпизод третий — совет кибуца решил отобрать у одинокой женщины Адены (Хава Албертштайн) не положенную ей лишнюю комнату. Однако та не пожелала отдавать эту «жилплощадь», ибо устроила там маленький музей в память о своём сыне, погибшем при защите Израиля. Так проявился ещё один конфликт между личной памятью и коллективной рациональностью. Во втором эпизоде пожилой вдовец осознал истинную глубину своей привязанности к умственно отсталому взрослому сыну. Четвёртая новелла; мужчина за 40-к — Куба (Моско Алкалай) наконец-то за долгие годы начал по‑настоящему любить и понимать своего умственно неполноценного сына Израэля (Ави Пнини). В конце эпизода он впервые обнимает своё взрослое чадо. Это — самая светлая линия фильма, о том, как любовь может прийти слишком поздно, но всё же она приходит. Пятый сюжет прододит через всё действие пунктиром. С одной стороны это попытки спасти киббуц от банкротства. Товарищество продаёт землю своего кладбища для захоронений, сдаёт помещения туристам. Старые киббуцники попрекает совет в погоне за прибылью, а у руководства просто нет иных выходов. С другой стороны в воздухе висит тревога арабского торжения. И никакие известия о переговорах её не отменяют.
Режиссёр сумел соединить пять историй в единый эмоциональный поток. Съёмки в кибуце Якум добавили действию ощущение документальности. Оказалась очень удачной и музыка к фильму Наху Хеймана. Саундтрек стал культовым: флейтовая пьеса из него — «Путешествие в Иерусалим» много лет открывала утренние передачи на «Решет Бет». При сильном и ровном состеве исполнителей особый интерес представляет участие в кинокартине популярной певицы Хавы Альберштайн, редко снимающейся в кино. Лента получила пять номинаций на премию «Офир» (включая лучший актёр, лучший сценарий, лучший саундтрек). Затем её показалина фестивалях в Берлине, Мельбурне, Шанхае, Монпелье. Последовали благожелательные отзывы. Variety назвала ленту: «искренним, человечным фильмом о распаде идеалов». LA Times охарактеризовал его как «нежный и трогательный». По прошествии времени стало ясно, что Надав Левитан снял од из важнейших произведений о кибуце в израильском кино. (аннотация составлена по различным источникам и при помощи ИИ)