Длительность 95 минут
Симпатичный режиссёрский дебют известной актрисы Дайан Китон. Экранизация автобиографической книги Франца Лидза. На экране начало 1960-х годов. Сильно ассимилированная, еврейская семья показана на экране глазами ребёнка. Перед нами: папа, Сид Лидз (Джон Туртурро), его жена Сельма (Энди МакДауэлл) и двое детей — Сэнди и рассказчик Стивен (Натан Уорт). В центре малого микрокосма, конечно же глава семьи. Неистовый изобретатель, полностью ушёл в мир своих, большей частью непрактичных, усовершенствований. Поэтому сын считает его инопланетянином. Свои деяния папа запечатлевает на кинокамеру; нужно же собирать семейный архив! Возможно это материал для показа родственникам, коих у Лидзов обилие? Но двоих из них все дружно не переваривают. Это живущие вместе братья Сида и, следовательно, дяди Стивена: Артур (Мори Чайкин) и Дэнни (Артур Ричардс). Первый – патологический накопитель выброшенных вещей, обходящий все мусорные контейнеры и не только их. Второй – страдает манией преследования на еврейской почве. Почти в начале действия мы узнаём о большой беде в семье – у Сельмы нашли рак и надежды на излечение нет никакой.
Обстановка в доме тяжела, да и в школе Стивен не может самоутвердиться, Поэтому однажды вечером подросток сбежал и не куда-нибудь, а к полоумным родственникам. Так в кадре появилась невероятно захламлённая большая квартира братьев. В ней они жили, как в осаде, опасаясь владельца дома, пожарной инспекции, или ещё каких-либо непрошенных гостей. 
Конечно, общаясь с Дэнни можно слышать перлы типа: «Эйзенхауэр терпеть не мог евреев, а его прозвище Айк – начальные буквы слов бей жидовскую шайку». Или «айдахо на языке племени чероки значит ненавидящий евреев». Но это только внешнее оформление их состояния. Если копнуть глубже в безумии братьев была словами Шекспира вполне определённая система. Артур тащил отовсюду в дом ненужные вещи, ибо считал необходимым сохранять воспоминания. По его убеждению, даже выловленные из канализации детские мячики таили в себе голоса владельцев, подобно тому как в ракушках жил шум моря. Более того, в его «развалах» хранились альбомы, где «в фотографиях ушедших людей таятся мечты, которые подобны воспоминаниям; их также легко потерять«. Общаясь с Артуром и Дэнни мальчик открыл для себя удивительную силу фантазии. И, так как Стивен активно включился в такую игру, дядюшки скоро его произвели в гении, дали ему новое имя. Теперь он Франц Лидз, а это почти Франц Лист – великий человек. Значит племянник когда-нибудь прославится. 
Стремление братьев сохранить память имело ярко выраженный еврейский акцент. Братья каждый день читали перед едой браху (благословение) на пищу. Для Стивена это новость: его папа открыто не признавал себя иудеем. Сид откровенно пенял братьям: «Зачем вы заставляете его (мальчика) молиться? Я за то, чтобы он на свои силы, а не надеялся на боженку сидящего на небесах». На это Дэнни дал ему ответ совершенно в духе традиции: «Если ты предаёшь веру своих отцов, то попадёшь в Геенну». Кстати, именно он сообщил подростку о близящейся бар-мицве и направил его к раввину, готовиться к этой церемонии, то есть учиться читать Тору. Папа, скорее всего не допустил бы такого отступления от правил его семьи. Но на сторону дядьев встала умирающая Сельма, которой он не осмелился перечить. Не в этом ли сохранении еврейской памяти есть нечастая для современной Америки доля мужества и не здесь ли скрыт смысл названия ленты? Так или иначе, но нам показывают бар-мицву и последовавшую вскоре после этого дня смерть Сельмы. В обрушившемся на семью горе память та сила, которая сохраняет единство Лидзов, делает их семьёй. 
Режиссёрский дебют Дайан Китон сделан просто и со вкусом. Смотрится и сыгран хорошо. Представляет собой примечательный фильм — размышление о необходимости сохранения еврейской памяти и традиции. Для любителей хорошего кино.