Длительность 110 минут
Последний фильм Йехуды Неэмана (р 1936 — 2021) — метафорическая драма, отличающаяся. сложностью формы и многозначностью содержания. Его название восходит к арабскому выражению, которое можно неревести, как «утешение сердца». Действие разворачивается в пространстве больницы, высупающей символом травмы, попыткой исцеления через творчество. По мнению ряда рецензентов одно из самых недооценённых произведений израильского кино 2000‑х. В его основе сюжета история двух израильтянок Оделии (Яэль Хадар) и Тамары (Эфрат Гош), которые работают вместе. Первая – пишет сценарии для «мыльных опер», вторая в них играет. Если взглянуть со стороны, их жизнь вполне благополучна. Но каждая из них сталкивается с серьёзными проблемами. У Оделии сложные отношения со своим отцом Эзрой (Мухаммед Бакри) — знаменитым писателем, постоянно критикующим её творчество. Кроме того, она трагически переживает смерть матери, не её глазах покончившей жизнь самоубийством. Несколько самых впечатляющих диалогов связаны со стихотворением, написанным неутешной дочерью для ушедшей в мир иной мамы. Не всё в порядке и у Тамары. Энергичная, импульсивная, она не может наладить отношений с родными и коллегами.
И вот, почти одновременно, обе узнают важнейшую для любой женщины новость; им сообщают, что они беременны. Но каждая реагирует на неё совершенно по разному. Оделия всё ещё не может отойти от смерти матери, поэтому она делает аборт. После этого женщина впадает в тяжёлую депрессию.
Тамара же, наоборот, не считает будущее чадо помешает помехой. Однако в сценарии актриса попадает в больницу, где ей устанавливают страшный диагноз – лейкемия. Её болезнь прогрессирует и довольно быстро она попадает в хоспис. Здесь происходит удивительное, талант Тамары помогает ей не только противостоять болезни, но и помогать другим. Будучи в безнадёжном состоянии Тамара помогает другим больным, рассказывая им сказочные, почти «восточные» истории, подобные «Тысяче и одной ночи». Именно в этом — в силе вымысла облегчать страдание — и заключается смысл названия. К слову, восточный колорит в еврейском фильме для Неемана не случайность, а проявление любви к арабской культуре, которую он считает для себя второй родной.
В развитии действия не всё так просто. Грань между реальностью и вымыслом оказывается настолько зыбкой, что неясно: а действительно ли всё происходящее случилось на самом деле. Или может быть рассказанное на экране одна из придумок Оделии, даже в депрессии продолжающей сочинять бесконечные сюжеты сериалов? Однако и такой приём не отменяет сюжетного стержня. Как отметил один из критиков перед нами « Лишь для небольшой прослойки любителей кино, могущей оценить тонкость замысла и воплощения, лента представляет несомненный интерес. Они найдут здесь много интересного и в содержании и в воплощении. Один из подобных знатоков написал так: «я был очарован этим фильмом и желаю посмотреть его еще раз, для того, чтобы поймать нюансы, которые я не уловил или не понял, на первом просмотре». Критики отмечают также интересную операторскую работу, оригинальный саундтрек, где мелодии и ритм классики и современной музыки, смешиваются с песнями, написанными специально для фильма. Среди актёров, кроме названных выше Яэль Хадар и Эфрат Гош выделяют Мохаммеда Бакри сыгравшего не только Эзру, но и больного художника в хосписе.
Фильм высоко оценён критикой, а его создатель получил на Хайфском фестивале приз «За вклад в израильское кино». Однако, прокатная
судьба ленты (как и других сложных произведений) оказалась достаточно печальной. Зрителя последняя работа Неемана (фото слева) не заинтересовала. Лишь один телеканал согласился показать её, но и тот сделал это в неудобное время. И всё же, стоит прислушаться к одному из рецензентов сказавшему: «Этот красивый и умный фильм заслуживает гораздо лучшей участи, и приема, чем те которые он получил до сих пор». (Текст не завершён, его автор ленты не видел, но ознакомился с многочисленными откликами на неё в различных сайтах).
