Длительность 88 минут
В российских сайтах лента часто представлена под искажённым названием «Золотые сумерки». Однако дословный перевод даже не сумерки, а скорее «Сомнения Голдов». Экранизация пьесы Джонатана Толинса, поставленной на Бродвее тремя годами ранее. Психологически любопытная трактовка гей-темы, излагаемая с позиции одного из персонажей. В состоятельной и достаточно ассимилированной еврейской семье Филлис (Фэй Данауэй) и Уолтера Голдов (Гэри Маршалл) выросли двое детей: старшая — Сьюзен (Дженнифер Билл) и младшенький, главный герой повествования — Дэвид (Брендан Фрейзер). Дочь вышла замуж за специалиста по генетике, нашего соплеменника Роба Штайна (Джон Тенни). Сын без особого успеха подвизался в области режиссуры. Уже в начале действия Сьюзен сообщила о беременности. И сами молодые и окружающие радовались предстоящему появлению первенца. Шеф Роба Штайна (Джон Тенни) даже предложил проверить все параметры вынашиваемого чада через генетические тесты Он даже редоставил редчайшее оборудование, позволяющее определить пол, способности и характер чада. Анализы дали неожиданный результат: мальчик будет на 90 процентов таким же, как Дэвид. А, стало быть, унаследует не только бессистемный образ жизни дядюшки, но и его гомосексуальность.
Будущая мама в трансе. Она не может сделать выбор: оставить ребёнка или сделать аборт. Второй вариант является по принципам человечности и канонам еврейской традиции убийством. Вокруг центральной пары проявляется полный набор отношений близких родственников к нетрадиционной сексуальной ориентации. Конечно, по американской гуманной традиции никто не перелагает груз ответственности на хрупкие женские плечи. Но муж исподволь подталкивает свою жёнушку к прекращению беременности. В этой ситуации Дэвид решительно выступает в защиту права сестры стать матерью. Однако его вмешательство только подливает масла в огонь и выявляет внутреннее неприятие родителями его положения гея. Отец прямо определяет состояние чада как болезнь и говорит, что сделал бы всё для его излечения. Сынуля, естественно, воспринимает подобные слова как оскорбление и происходит разрыв главного персонажа с родителями. После ряда различных ситуаций в которых геи показаны, конечно же, человечнее нормальных людей, Сьюзен решает рожать. Муж уходит от неё, но родители помогают дочери, а оборвавшуюся связь Дэвида с папой и мамой восстанавливает его любовник Стивен.
Еврейская тема показана в фильме с разных сторон. Один аспект: отход молодых от религии. Муж Сьюзен Роб Штайн получил ортодоксальное воспитание в строгом соответствии с еврейской традицией и того же требует для внука его отец. Попытка будущей мамы отстоять право выбора ребёнком своего собственного пути натыкается на заявление: «Господь дал вам ребёнка чтобы вы растили его для Бога, а не для того, чтобы он носился по улицам». Любое возражение Роба расценивается как попытка повернуться спиной к отцу. Вдобавок старый Штайн категорически не приемлет научные занятия своего сына-генетика проводящего «опыты на живых людях». «Будь врачом, но не пытайся вершить божьи дела». «Я благодарил Господа в день, когда он (надо полагать, сын) решил стать доктором, сегодня я его проклинаю». В результате спора Роб демонстративно срывает с себя чёрную кипу со словами: «Я больше на позволю себя воспитывать».
Второй аспект – культурная ассимиляция выраженная в назойливом стремлении Дэвида поставить с коллективом непрофессиональных исполнителей сокращённую в четыре раза и осовремененную версию тетралогии Вагнера «Кольцо Нибелунгов». Видимая цель проекта – возродить популярность оперы и привлечь к ней молодёжь (хотя проще было бы выбрать более доступных Верди, Пуччини или Бизе). Но главная идея его замысла раскрывается в словах: «Это о нас, о героизме, о том как уйти от родителей, любимых людей. Она о том что люди делают, чтобы понять свою сущность». Болезненная тяга главного персонажа эпопеи Зигфрида к самоутверждению, родственна стремлению Дэвида любым путём компенсировать собственную неполноценность. На этом пути его не останавливают замечания близких о юдофобии немецкого композитора и даже прямое заявление менеджера труппы «никто не хочет петь это нацистское дерьмо». Он упорствует и доводит работу до премьеры на которую приходят примирившиеся с ним родственники.
К слову: в сценической версии пьесы, Сьюзан делает аборт, хотя его тяжёлым последствием становится неспособность иметь детей. Она остаётся с мужем, тогда как отношения Дэвида с родителями испорчены окончательно. В киноварианте акценты коренным образом поменялись. Снята эта защита гомосексуализма профессионально, хотя и многословно (сказывается театральное происхождение первоисточника). Сыграна история также достаточно убедительно. Хотя сохраняется впечатление, что Брендан Фрейзер так и не смог показать торжество своего персонажа, оставив его на некоем распутье. В интернете есть копия с русским переводом. Для зрителей интересующихся отражением еврейской темы в мировом кино.