Длительность 88 минут
Фильм обращается не к войне как таковой, а к поколению, выросшему между войнами — в промежутке между эйфорией 1967 года и шоком 1973‑го. Это история взросления, рассказанная через личную память режиссёра. Дани Крайнер использовал в фильме события собственной биографии. Он возвратился к 1972 году как к точке, где страна жила иллюзией стабильности, общество не видело признаков надвигающегося кризиса, Дистанция в двадцать лет позволила режиссёру говорить о прошлом без ностальгии — честно, трезво. С пониманием того, что мирные годы тоже могут быть временем внутреннего распада. В результате на экране появился ещё один вариант популярной в израильском кино истории взросления подростка. Фильм открылся атмосферой национального подъёма после Шестидневной войны: Израиль тогда переживал чувство абсолютной уверенности и силы. как говорилось в одном источнике, люди «упивались победой». Эта победная эйфория оказалась лишь фоном, контрастом, который позже подчеркнул всю хрупкость мира. Основные события развернулись пять лет спустя. Главный герой — 14-летний Йони (Адам Абулафия) — трудный подросток. Его отец (Шмуэль Эдельман) — крупный бизнесмен и очень волевой человек, поэтому сын с возрастом всё больше сопротивляется диктату папаши.

А тот серьёзно не понимал почему подросток, у которого есть всё,  всем недоволен. Учителя даже назвали его бунтарём без видимых причин, так как формы его протеста были характерны для юношества. Чего только стоила грива волос чуть ли не до пояса. Конфликт поколений  обострился прогулами, плохими учёбой и поведением в школе. Поэтому Йони отстранили от участия в многодневной экскурсии класса, запланированной на Песах.

Мать подростка, американка (Ава Хаддад) предложила решить проблему определив сына в один из привилегированных интернатов. Потому же родители отправились с чадом в целевую поездку по стране. Во время путешествия они посетили несколько элитных учебных заведений, включая военное училище, но Йони не выбрал ни одно из них. Параллельно ухудшались отношения между родителями. Последней каплей разрушившей мнимое семейное благополучие стало открытие Йони, что его мать изменяет отцу с другим мужчиной. Перед вступлением во взрослую жизнь главному герою пришлось решать для себя проблему как относится к самым близким людям. в 1972‑м действительно не было войны, но внутренние войны были у каждого: в семье, в обществе, в душе подростка, и главное — страна не знала, что через год её ждёт Война Судного дня. В рецензиях проходит мысль; противостояние в семье  как бы предвещало войну Судного дня, хотя без знакомства с фильмом трудно понять логическую и эмоциональную связь столь разных по масштабу событий. Лента существует в двух вариантах: на иврите и английском языке. Однако, название «Война, которой не было» выглядит ироничным и многослойным.

Фильм снят в традициях израильского «личного кино» 1990‑х. Для него характерны: камерная манера, внимание к деталям быта, отсутствие внешнего драматизма и акцент на психологических нюансах. Это не политическое кино, а интимная драма, где политика — лишь фон, создающий атмосферу эпохи. К сожалению лента стала большой редкостью. У него был ограниченный прокат, • отсутствие международного распространения и  малое количество цифровых копий, Это типичная судьба израильских камерных фильмов 1990‑х. Отсюда почти полное отсутствие в интернете постеров и промоматериалов нему. (составлено по различным источникам, при содействии ИИ).